слушая жалобы джинхо, дэмиан лишь посмеивается. парень хоть и молод, но всё-таки очень умён и проницателен. это дэмиану в нём тоже очень нравится. хоть иногда он сильно утрирует.
— нет, что ты, — произносит дэмиан с такой интонацией, что становится понятно, что он лишь иронизирует. пауза, весёлая улыбка смягчается, и он становится чуть серьёзнее. — на самом деле тебе действительно полезно иногда выбираться из дома и общаться с людьми. точнее, с той категорией людей, готовой не глядя тебя сожрать.
дэмиан почему-то был уверен, что джинхо в его прошлой жизни всё же успели какое-то время потаскать на подобные мероприятия. уж очень хорошо он держался в компании лжецов, подлиз и прочих неприятных, но внешне красивых людей. и совсем не потому, что он такой же, а потому, что он уже хорошо представляет, с кем имеет дело и как говорить на их языке. дэмиану его даже учить не приходится, он всё сам понимает. и можно было, конечно, не брать его с собой ни на какие официальные вечера, но всё же дэмиан не питомца завёл, а поселил у себя человека, которому всё-таки так или иначе социализироваться как-то надо. хотя в качестве компенсации стоит предложить ему поход в кино или куда там ещё молодые люди обычно ходят, чтобы весело провести время. уж явно не на скучные официальные приёмы, где каждый второй считает, что раз джинхо в таком возрасте уже крутится около дэмиана, то тут что-то не чисто. забавно то, что они правы в какой-то степени, но их периодически случающийся секс скорее не причина, а следствие. и это веселее. поэтому после пары нелестных эпитетов в адрес джинхо дэмиану приходилось не раз жёстко осаживать собеседника.
это мой человек. я не дам его в обиду.
с каких пор к джинхо стало применимо понятие «мой», дэмиан предпочитает не думать. просто так получилось. просто теперь всё делается с расчётом на двоих. и дэмиан больше не боится, что джинхо убежит, даже после того, как узнал, что его тут не держат, и он может идти куда хочет, и ему даже денег дадут на первое время.
— хорошая идея, джинхо, — дэмиан смеётся на комментарий о мистере мёрсере, — с моей помощью она сможет отсудить у него чуть ли не всё состояние. это ведь я помогал ей составить брачный договор.
он снова посмеивается, постепенно двигаясь в сторону своей комнаты, чтобы переодеться.
— не особо, я напробовался закусок на вечере. но если ты что-то будешь готовить себе, то можешь продублировать порцию и для меня, — он скрывается в комнате и неторопливо переодевается, перебирая в голове воспоминания о сегодняшнем вечере. всё прошло прекрасно. джинхо отлично держался, и на самом деле его не мешало бы за это всё поощрить. чем — так и быть, решит потом. сейчас он радуется тому факту, что с момента того странного, но необходимого им двоим разговора, прошла довольно спокойная неделя. было ли дело в том, что они оказывались слишком заняты, чтобы что-то обсуждать, или джинхо просто успокоился, дэмиан пока так и не понял. но, замечая, как того мутит от постоянных телепортаций, он в какой-то момент всё же предложил пересесть обратно на такси. но теперь — без просьб поторопиться.
довольно быстро расправившись с мыслями, которые необходимо было обдумать, дэмиан быстро ныряет в домашнюю одежду и идёт сразу на кухню, просто потому что услышал, что джинхо возится именно там. хватает по пути пепельницу и привычным жестом ставит её на стол. он всё ещё не одобряет курение в квартире, но джинхо почему-то можно.
— сэндвичи!, — он замечает, что делает джинхо, и радуется так, словно никогда в жизни ничего лучше не пробовал. — разве сладкое вкусно с пивом?
совсем не упрёк и придирка, скорее, вопрос ради вопроса. дэмиан тоже учится. учится быть нормальным человеком, который не молчит девяносто процентов времени, когда они дома. он старается делиться мыслями, задавать вопросы, спрашивать мнение. и больше не провоцировать ситуацию, где джинхо кажется, что одно неверное действие, и его накажут. дэмиан хочет, чтобы джинхо чувствовал себя свободно в этой квартире и полноценным её жителем. чтобы знал, что его мнение учитывают и с ним считаются.
дэмиан цепляет один из сэндвичей и прижимается поясницей к столешнице практически около джинхо, совсем не думая, что делает.
— как насчёт завтра или послезавтра сходить куда-нибудь развеяться? мне кажется, ты заслужил.

временами джинхо напоминает дэмиану спасённого котёнка или щенка. вроде и страшные вещи позади, и опасности никакой больше нет, а прикосновения всё ещё в моменте кажутся страшными, и хочется из избежать всеми возможными способами. дэмиан всё это понимает, поэтому не пытается акцентировать внимание на том, что джинхо всё ещё старается не допускать близкого контакта и избегает соприкосновений с чужим телом.
в постели, правда, это работает иначе. занятно.
и чего дэмиан точно не ожидает, так это того, что джинхо сам проявит маленькую, но всё же инициативу, и они соприкоснутся плечами. это... оказывается неожиданно важным жестом для самого дэмиана, который даже успевает бросить рассеянный взгляд на парня, прежде чем взять себя в руки и продолжить вести себя невозмутимо. это действие моментально откатило его мысленно на неделю назад, в тот день, когда джинхо после данного ему выбора предпочёл всё же вернуться домой, и дэмиан тогда понял, что как раньше уже не будет. и дело тут вовсе не в том, что джинхо узнал главный секрет дэмиана, а в в том, что демон мысленно расписался в своей внезапной беспомощности перед этим очень молодым парнем. джинхо просто ещё пока не понял, в насколько выгодном положении находится, и дэмиан, если честно, очень надеется, что он не будет понимать этого как можно дольше. желательно к моменту, когда дэмиан поймёт, что ему со всем этим делать.
— а что дальше? пицца с ананасами? мятный шоколад? — дэмиан смеётся и слегка подпихивает джинхо плечом, прежде чем окончательно отстраниться. — почему именно в крематорий? хочешь как следует отжечь?
да, дэмиан очень хочет, чтобы джинхо понял, что они всё же больше, чем просто соседи по квартире. он задумчиво кусает сэндвич и мысленно благодарит всех богов за то, что они позволили человечеству изобрести такое вкусовое сочетание. ну, или это просто джинхо вкусно режет хлеб. он задумчиво смотрит на джинхо, пытаясь представить их обоих на коньках и невольно улыбается представившейся картине.
— нет, я тоже никогда не стоял на коньках, — улыбнувшись, он всё же отклеивается от столешницы, берёт тарелку и как нормальный человек усаживается за стол. — однажды меня пытались затащить, но я наотрез отказался. но, думаю, мы всё же можем попробовать. как и погулять. скоро ведь рождество. город уже давно очень мило украсили, а я давно просто так не гулял с кем-нибудь.
до появления джинхо дэмиан действительно практически не снисходил до простых человеческих занятий. друзей у него среди людей почти не было (да и в принципе друзей), с арвеном тоже особо не прогуляешься, разве что до ближайшего бара... ну и всё. один дэмиан обычно не гуляет, а отношений у него нет уже как минимум полвека точно. и он не чувствовал себя одиноко ровно до того самого момента, когда джинхо убежал. наверное, это были самые неприятные два дня за последние пару сотен лет его жизни, когда он успел оценить, какой вклад в его душевное состояние делает джинхо, даже просто находясь с ним в одном помещении. а уж выйти с ним погулять — это, кажется, уже новый уровень. более крутой и подпитывающий те чувства, которые дэмиан старается не озвучивать даже наедине с собой, пытаясь запихнуть их как можно глубже.
ну какие чувства может испытывать демон, у которого даже физически сердца нет?
— тогда завтра ближе к вечеру мы можем отправиться туда. обещаю, без телепортации, — дэмиан доедает сэндвич, отодвигает тарелку от себя и задумывается. что такого можно рассказать о себе, чтобы было интересно молодому парню? поэтому вместо моментального ответа он сначала пожимает плечами, а потом всё же неуверенно проговаривает: — даже не знаю. вся моя жизнь у тебя буквально как на ладони. все книги, которые у меня есть, я собирал сам, потому что они мне нравятся, а значит и мои вкусы в литературе тебе должны быть понятны.
дэмиан чуть отодвигается от стола, чтобы развернуться к джинхо полностью. сложно рассказывать о себе, когда до этого тебя никогда ни о чём личном никто не спрашивал. он бы и рад пуститься в получасовую лекцию о своей жизни, но никому обычно не бывает дела до того, чем живёт и дышит дэмиан.
и тут до него наконец-то доходит, почему он так сильно понимает джинхо.
— я... — он слегка теряется, пытаясь поймать ускользающие мысли, потому что осознание собственной бесполезности и ненужности неожиданно пробивает стену отрешённости и невозмутимости, и дэмиан впервые чувствует себя потерянным. его глаза начинают бегать по кухне, словно он пытается что-то сформулировать или вспомнить, секунда — и он всё же делает глубокий вдох и заставляет себя успокоиться и вернуться в реальность. — я как-то не задумывался о том, кто я такой и что меня определяет как... человека, — это звучит странно, но всё же человеческая оболочка даёт ему право так о себе говорить, — я появился на свет и долгое время жил без особой цели, просто путешествовал по миру, заводил интересные знакомства и всё в таком духе, — он пожимает плечами, — последние лет пятьдесят я решил всё же осесть тут, заручился покровительством моего старого друга-дракона и стал просто делать то, для чего созданы все демоны — заключать контракты и служить высшей расе.
он понимает, что джинхо ждал совсем не такой ответ. скорее, его интересует что-то в духе, какую еду он больше всего любит и над какой комедией смеётся громче всего. но дэмиан мыслит несколько иначе, более глобально. и всё же вести непринуждённый отвлечённый диалог сложнее, чем кажется.
— понимаю, ты другое хотел услышать, извини, — дэмиан всё ещё пытается сохранить остатки невозмутимости, но смотрит на джинхо уже не так отрешённо, как обычно, — если отбросить всю ту ерунду, что я наговорил ранее, то я люблю курочку kfc, твин пикс и ненавижу дожди. в девяностые научился играть на гитаре, но уже давно музыкой не занимался. а ещё умею водить машину и люблю скоростную езду. но телепортация как-то проще и дешевле, чем мерседес. и я гораздо более социально неловкий, чем может показаться в зале суда, — он неловко улыбается, надеясь, что не наговорил ничего такого, из-за чего джинхо снова закроется и перестанет идти с ним на контакт.
и почему вообще он стал этого бояться так сильно?

дэмиан прекрасно понимает, что джинхо до сих пор неясно очень многое из его мира. кто такие высшие расы и почему демон им служит, хотя кажется, будто это ему все должны служить — это тема отдельного разговора, совсем не сегодняшнего. но в то же время он не просто так вбрасывает все эти факты — пусть джинхо пока и не понимает, о чём речь, в будущем, когда пройдёт достаточно времени, он сумеет набрать ряд уже осмысленных и конкретных вопросов, на которые дэмиан с лёгкостью даст ответ. вот такая нехитрая стратегия.
а ещё он осознаёт, что страшно хочется рассказать о себе побольше именно джинхо. к дэмиану никто никогда не проявлял настолько чистый и искренний интерес, и поэтому он всячески пытается выскрести из глубин своей отсутствующей души все подробности о том, что он из себя представляет как человек. чем интересуется, что не любит, о чём мечтает. именно это ведь люди любят узнавать друг о друге? искать таким образом нечто общее, точки соприкосновения, что-то в духе «о! я тоже это люблю!» или не люблю...
— любая непогода классно переносится, когда сидишь дома, — согласно кивает дэмиан, мысленно признавая, что концепция посидеть под пледом и попить тёплый чай под ливень за окном звучит довольно мило, хоть и не в его стиле, — если я смогу найти гитару где-то в кладовке, то обязательно научу. это на самом деле довольно несложно. во всяком случае, если у тебя есть слух. а у тебя есть? — дэмиан понимает, что находится в том же положении, что и джинхо: он ничего не знает про своего собеседника кроме самых очевидных фактов.
он ещё на мгновение задумывается, неожиданно представляя перед собой картину, как джинхо умело тащит с собой два ведра крыльев и невольно смеётся.
— да, знаешь, меня бы это обрадовало. и мы бы сидели и просто молча их ели, пока они бы не закончились, — в целом ему кажется, что это хоть и смешно, но вполне себе реалистично, и они такое могут. постепенно вовлекаясь в диалог, дэмиан чувствует себя скованным и неловким всё меньше и всё больше хочет говорить. и о себе, и о том, что интересно самому джинхо. — а хочешь, я принесу их прямо сейчас? мне несложно туда-обратно сходить.
не сходить, а телепортироваться, но дэмиан думает, что это всё и так очевидно, всё же джинхо не глупый. тем более, после светского мероприятия, которые дэмиан ненавидит не меньше самого джинхо, хочется напомнить самому себе, что такое простая и не притворно изысканная жизнь. и как хорошо не носить костюмы и удушающие галстуки, к которым он хоть и привык, но предпочёл бы нечто более удобное.
— если так подумать, за триста с лишним лет у меня, наверное, должен был накопиться целый багаж историй, но так уж вышло, что я не умею интересно жить. хотя и участвовал в некоторых исторических событиях, но моё имя ты нигде не встретишь. точнее, встретишь, но не поймёшь, что это я. дэмиан мун я где-то лет сорок... ну, почти столько же, на сколько я выгляжу. а старые имена я благополучно забываю, мне эта информация ни к чему. жалею только, что в космос полететь не позволили, видите ли, не прошёл медкомиссию, — дэмиан забавно фыркает, словно всё ещё таит обиду на события шестидесятилетней давности, — а всё потому, что пульс не в норме и риск сердечного заболевания. ха, ты вообще в курсе, что у демонов сердца нет? вот и они были не в курсе. хотя есть у меня мысль, что местный главврач был фэйри, но какая уже разница...
дэмиан сам не замечает, как разговаривается всё сильнее и активнее, впервые готовый, кажется, рассказать о себе абсолютно всё, что только может заинтересовать джинхо. и оказывается, что жизнь его вполне интересная и полная событий, и есть, что вспомнить, над чем посмеяться и на что пожаловаться. но больше всего в этой ситуации дэмиана расслабляет осознание, что при джинхо можно больше не бояться быть собой. и что все эти разговоры про высшие расы, космос и ведро крыльев он поймёт и примет всё как есть.
— а ты что-нибудь ещё хочешь о себе рассказать? может быть, хотел бы что-то попробовать, или где-то побывать? что вообще любишь? я ведь тоже, хоть и живу с тобой, ничего о тебе не знаю. вдруг ты вегетарианец, а я пичкаю тебя мясом?

дэмиан в который раз за сегодня смеётся, пребывая в восторге от каламбуров джинхо. на самом деле они такие глупые и предсказуемые, но в этом их прелесть и заключается. и в том, что джинхо делает это сам, потому что он этого хочет, и потому что им обоим от этого весело. и ещё потому что это какая-то новая для них форма взаимодействия. оказывается, им довольно комфортно просто проводить вместе время в одной комнате и разговаривать практически ни о чём, разбавляя совершенно простые темы для разговора глупыми шуточками и смешками. и дэмиан даже в собственных глазах выглядит не опасным сверхъестественным существом, прожившим уже три века, а просто молодым мужчиной, которому нравятся глупые шутки и разговоры ни о чём.
возможно, именно поэтому год назад дэмиан тормознул, увидев джинхо на улице. и подобрал его не просто так, пусть в тот момент и не сильно понимая, для чего вообще всё это делает, сейчас же перед его глазами формируется полноценная картина: джинхо подобрали, чтобы было, ради кого существовать. вот так просто. потому что весь последний год жизнь дэмиана наконец-то словно обрела смысл. например, не пустое зарабатывание денег, а работа, позволяющая поделиться с ним средствами и купить ему что-то вкусное или нужное. или наконец-то появившееся желание вернуться домой из адвокатской конторы поскорее. чтобы, пусть и в дежурном тоне, но всё же узнать, не сильно ли устал и что купить на ужин. поначалу неловкие, а сейчас уже более уверенные попытки позаботиться об этом во всех, кроме роста, маленьком человечке начали окупаться, потому что дэмиан впервые наконец-то чувствует себя живым и не просто существующим, а действительно живущим какую-то свою уникальную жизнь. и что он кому-то нужен. и что ему кто-то нужен.
и на самом деле все эти мысли, ощущения и осознания дэмиана очень пугают. он никогда не славился своей способностью привязываться к кому-то, предпочитая соблюдать нейтралитет или лёгкие дружеские отношения, тем более со смертными, поэтому всё происходящее сейчас кажется интригующим, необычным и вызывающим лёгкий страх: что же будет дальше? что будет, если дэмиан всё же признает свою слабость перед джинхо? не разрушит ли всё это их хрупкий безопасный и комфортный мир, который они потихоньку выстраивали всё это время? хотя что может испортить из взаимоотношения, если они оба сотканы из неправильно сделанных выводов, недосказанности и неумения общаться как нормальные люди.
из рассуждений дэмиана резко выдёргивает сам джинхо, делая уж совсем что-то для них необычное — мужчина слегка напрягается, когда он прижимается к его груди, словно не подумав, что желание сразу же проверить, что там у демона внутри, может вполне естественно возникнуть после сказанного. как и в прошлый раз при соприкосновении плечами, дэмиана словно пробивает искра, хотя внешне он совершенно не меняется и остаётся таким же спокойным и слегка растерявшимся от неожиданного порыва. он не знает, что его больше впечатляет: что джинхо это действительно интересно, или что он сам поддался порыву и прижался к дэмиану без предложения и подсказок. в любом случае, он рад, что джинхо не видит сейчас его уж совсем в край растерянное лицо.
— его... правда нет, — неуверенно говорит дэмиан, словно оправдываясь и пытаясь убедить парня, что он не врёт. — что-то там качает кровь, но это не сердце. это общеизвестный факт. ну, среди существ.
он мысленно благодарит всех богов за свою выдержку, позволившую не сделать ничего лишнего, пока джинхо слушал, что бьётся у него в груди, и когда парень отстраняется, дэмиан смотрит на него уже своим привычным нейтрально-холодным взглядом. хоть и слегка улыбается. теперь джинхо оказывается гораздо ближе к нему, чем обычно, и это тоже вызывает у дэмиана неожиданное лёгкое волнение. после первой же мысли в духе «почаще бы так» дэмиан резко берёт себя в руки и вслушивается в то, что парень ему говорит.
— вот оно как... ну, хотя бы один факт мы выяснили, ты любишь бегать. или электронную музыку, — он задумчиво молчит несколько секунд. — забавный факт, что тебя тяжело прочитать именно потому что ты сам не знаешь, что из себя представляешь. я с таким сталкиваюсь впервые. в зале суда с другими людьми это делается гораздо проще.
улыбка джинхо, именно эта, что сейчас на его губах, очень сильно врезается в память дэмиана, который, наверное, впервые видит его именно таким. открытым, откровенным и желающим рассказать что-то не потому что потребовали, а потому что он сам хочет. дэмиан даже ни на секунду не задумывается о том, что за этими словами может скрываться либо какой-то подвох, либо какая-то шутка, либо что-то, что застанет его врасплох, поэтому его вполне естественная и очевидная реакция на эту фразу не заставляет себя ждать:
— и что же?

на долю секунды дэмиану показалось, что ему послышалось. это «ты» этом отзывается в голове, а сам демон даже не знает, как на всё это реагировать. это маленькое короткое признание буквально выбивает у него почву из-под ног, потому что он действительно ожидал услышать что угодно, но вовсе не это. хотя в их ситуации это как будто бы очевидно и предсказуемо, но дэмиан всё равно не верит своим ушам. с учётом того, что он никогда и не стремился джинхо понравиться, а просто был с ним самим собой, это последнее, о чём он мог бы подумать. да и джинхо никогда не проявлял к нему особую симпатию. во всяком случае дэмиан этого не видел. только базовую вежливость и страх быть выгнанным.
что же изменилось?
он заворожённо смотрит, как джинхо усаживается на его колени, совсем не противится тому, как он кладёт руки дэмиана практически себе на талию, из-за чего сам демон машинально обнимает его, даже не задумываясь о том, что именно делает. и это всё кажется ему таким естественным, словно так и должно быть. и то, что джинхо сделал первый шаг в сторону избавления от страха прикосновений, это для дэмиана неоценимый порыв. поэтому он обнимает джинхо довольно смело и уверенно, словно привыкая к испытываемым ощущениям и изучая их.
— правда? тебе всё-таки тогда понравилось? — он не может сдержать улыбки, заглядывая парню в глаза и внутренне радуясь тому, что джинхо так близко. что он так откровенен, и в его глазах нет того страха, который дэмиан то и дело ловил, когда периодически сталкивался с ним взглядом в совершенно случайные моменты. — я готов тебя обнимать хоть по несколько раз в день.
дэмиан совсем не игнорирует произнесённое секундами ранее признание, но ему всё ещё тяжело поверить в то, что всё происходящее — правда. он и сам не понял, как попал в эту ловушку, но отрицать и бежать от самого себя как будто бы уже поздно. если сам джинхо говорит о таких вещах, не стесняясь, то и дэмиан не должен всего этого стыдиться. да тут и нечего стыдиться, это скорее внутренний барьер где-то в глубине души (которой, как мы помним, нет, но как будто бы она всё-таки есть), который почему-то очень сложно разбить, но благодаря джинхо дэмиан делает первые успешные попытки избавиться от всего этого.
быть собой, как оказалось, не так-то и просто... но ещё сложнее — убедить себя в том, что тебя принимают таким, какой ты есть. со всеми этими сложностями, неизвестностями и непредсказуемостью. более того — к этому даже тянутся, пока нерешительно и скромно, но всё же. и раз уж у джинхо хватило духа понять и принять дэмиана и его демоническую сущность, то это что-то всё-таки значит.
и с ним как будто бы совсем не одиноко и очень даже хорошо.
— мне приятно это слышать, — дэмиан не может разорвать зрительный контакт, даже и не пытается. и это всё, наверное, гораздо важнее почти спонтанного секса, который то и дело периодически случался, просто потому что. — ты мне тоже нравишься... но я об этом уже как-то говорил.
примерно в эту секунду дэмиан понимает, что что-то сдерживать в себе или не договаривать — это не лучший способ коммуникации, поэтому всё же поддаётся из ниоткуда взявшемуся порыву, притягивает джинхо поближе к себе и первый делает шаг к чему-то большему, чем простая попытка то ли флиртовать, то ли поговорить. сам тянется к парню, и их губы соприкасаются. не встретив сопротивления, дэмиан всё же решается и неторопливо целует джинхо, и в глазах самого дэмиана этот поцелуй — гораздо важнее, чем всё, что было между ними до этого. ему надоело бегать от самого себя и отрицать очевидное, так почему же он должен лишать джинхо возможности чувствовать себя нужным и важным здесь и сейчас?
просто так целоваться с джинхо оказалось очень вкусно, приятно и так естественно, словно странно, почему они не делали этого раньше. и будь у дэмиана сердце — оно бы уже давно забилось гораздо быстрее. потому что дэмиану неожиданно показалось, что это именно то, чего им давно не хватало и решило почти половину их проблем. потому что чувства всё-таки есть, и они возникли достаточно, чтобы успеть их неосознанно подкормить словами, взглядами, прикосновениями. и это всё ещё так непривычно и немного, кажется, неестественно для демона, что где-то внутри него что-то кричит, что это неправильно, но ему оказалось настолько всё равно на все эти условности, что он оказался готов продолжать идти против своей природы и дальше. почему? ответ прост — потому что джинхо.
— хочешь сегодня переночевать вместе со мной? — дэмиан переходит практически на шёпот, нехотя разорвав поцелуй, чтобы хотя бы вспомнить, как дышать.

признание о том, что джинхо попросту не лёг бы с ним в одну постель, если бы ничего к нему не испытывал, почему-то совсем не удивляет дэмиана, словно для него это оказалось очевидным, хоть и не озвученным, фактом. дэмиан и сам никогда его к этому не принуждал. так уж просто само собой вышло. случайно. один раз — и им понравилось. почему бы не повторить ещё раз, верно? на самом деле сначала дэмиан не рассчитывал ни на что такое. просто в какой-то момент очень уж к слову пришлось предложение показать, как может быть, если быть аккуратным и прислушиваться к чувствам партнёра. дэмиану первое время казалось, что джинхо согласился на их первый секс то ли из страха, то ли потому что понимал, что терять ему вообще нечего. и только со временем до дэмиана дошло, что им руководило совсем другое. что-то неосязаемое и непонятное, что удаётся сформулировать только сейчас.
всё определённо изменилось в какой-то момент. в какой точно — дэмиану отследить так и не удалось, но, возможно, тот случай в такси всё-таки послужил катализатором изменений. какой-то несчастный мужчина-таксист ценой своей жизни послужил толчком к тому, чтобы уставший от жизни демон и не менее уставший от обстоятельств молодой человек всё-таки открыли рот и начали говорить друг с другом.
и не только говорить.
время словно остановилось, и дэмиан готов отдать всё, чтобы этот момент длился как можно дольше. он прекрасно понимает, что всегда мог, как и сейчас тоже, взять своё, и джинхо вряд ли бы сказал и слова против. да даже если бы и сказал — при особом желании дэмиану не нужно было бы и его согласие. но с ним хочется быть не таким. дэмиан, конечно, наврал бы, если бы сказал, что никогда такого не испытывал, однако за последние десятки лет никто так не волновал его, как джинхо. и именно за него дэмиану хочется цепляться, чтобы не растерять те остатки человечности, которыми он ещё обладает.
— не только сегодня, — выдыхает дэмиан и снова тянется за поцелуем, оставляя на губах короткий чмок и снова пытаясь поймать его взгляд. немного глупо и по-доброму улыбается, запуская одну руку под его одежду и осторожно погладив поясницу. — неужели у тебя хватит терпения ещё и подготовиться после вечера, выжавшего из нас все силы?
удивительно, как быстро и легко дэмиан переключается рядом с джинхо, когда того требуют обстоятельства. никакого холодного взгляда, коротких фраз и попыток не инициировать хоть какой-либо контакт. именно с джинхо дэмиан позволяет себе быть просто человеком, без всех своих демонических штучек, забывает о том, что он вообще-то не такой уж и добрый и безобидный и создан далеко не для того, чтобы любить. хотя интересный вопрос: любит ли он джинхо, или это просто симпатия, привязанность или какой-нибудь там синдром, названный в честь какого-то умного учёного? способен ли дэмиан вообще на любовь, если учесть, что всю свою жизнь он очень редко заводил отношения и уже практически не помнит, что такое посвящать себя другому человеку и отдаваться ему не только физически, но и духовно. и может ли вообще демон рассуждать о таком, как и желать всего этого? и если раньше их секс случался из-за простой потребности сбросить напряжение, то сейчас всё-таки что-то изменилось. если начать с того, что дэмиан вообще-то достаточно асексуален, а у джинхо травма, ощущение того, что их желание взаимно и вообще есть, очень цепляет те струны души, о которых одиночки забывают. и то, как дэмиан ломается, всё больше времени проводя рядом с джинхо, довольно забавно.
дэмиан даже не думает сопротивляться, отстранять джинхо от себя или каким-то ещё способом демонстрировать, что ему что-то не нравится. раз уж джинхо сидит у него на коленях и разрешает себя трогать, значит, сегодня можно забыть обо всех страхах и позволить себе чуть больше, чем обычно. и дэмиану неожиданно оказался интересна такая форма взаимодействия. это не похоже на их предыдущие моменты близости, где их хватало только на то, чтобы переспать друг с другом, а потом снова словно стать чужими друг другу людьми. в этом же случае ещё до секса есть много моментов, которые очень хочется испытать. прикосновения, поцелуи где-то на кухне на отвратительно неудобном стуле, глупый флирт и намёки, которые уж очень недвусмысленны и понятны. хочется сказать больше, гораздо больше. а ещё хочется трогать, кусать, целовать и всячески демонстрировать своё желание не только прикольно переспать и забыть, а всё же нырнуть во всё это с головой и совсем не пытаться на утро держаться строго и бесчувственно.
всё это для дэмиана неожиданно оказывается совсем не просто так, и он и сам не понимает, стоит ли вкладывать в поведение джинхо какой-то скрытый смысл, хотя достаточно и того, что он сейчас делает гораздо больше, чем мог бы вообще — дэмиан не помнит, когда он вообще позволял себе так открыто трогать и целовать джинхо, а когда его руки были на плечах демона, он и не сможет сказать. кажется, никогда.
и им бы встать уже и уйти хотя бы лечь в кровать, но вместо этого дэмиан и сам уже не стесняется целовать подбородок и шею, снова сцепляя руки на пояснице джинхо, удерживая его крепко на своих коленях, хоть и готовый в любой момент отпустить его, если ему вдруг станет некомфортно или страшно. и говорить уже совсем ничего не хочется, даже шутить или флиртовать. неожиданно проснувшийся не только у джинхо тактильный голод даже не оставляет шанса на что-то ещё кроме попыток обнять как можно крепче и поцеловать как можно глубже и слаще. и дэмиан просто поддаётся этим порывам, с удовольствием вовлекая джинхо в новый поцелуй.

— совсем не торопимся, — демон коротко выдыхает в губы и снова целует, не желая и не найдя сил сопротивляться жажде бесконечно много и долго целовать джинхо и наслаждаться его искренней реакции на эти поцелуи и лёгкие прикосновения к разгорячённой коже под одеждой. он томно выдыхает от укуса и только сильнее подставляется, открывая джинхо больший доступ к шее, легонько царапает его кожу ногтями и медленно опускает руки куда-то на ягодицы, смело сминая их пальцами и не думая о том, что он вообще делает.
— ещё и кусаешься, — как-то хитро и весело улыбается, радуясь от того, что видит перед собой именно такого джинхо, какого не видел раньше. и пусть он ещё не настолько опытен и больше действует интуитивно, дэмиану это нравится. это искреннее желание попробовать, проверить, сработает ли, почувствовать... это восхищает и возбуждает одновременно, и дэмиан с удовольствием ныряет в эти ощущения с головой, просто потому что именно этого словно всегда не хватало.
то, что дэмиан не узнаёт джинхо, это ещё нормально. но то, что он не узнаёт сам себя — вот это его удивляет больше всего. дэмиану искренне казалось, что кроме каких-то базовых потребностей в еде, социализации и сексе, он не способен не испытывать никаких чувств ни к какому человеку. и быть не холодным и беспристрастным, а мягким, поддающимся, чувственным. и ведь они даже ещё вообще не зашли далеко — что будет от пары поцелуев и прикосновений, особенно с оглядкой на то, чем они вполне себе позволяли заниматься ранее.
но дэмиан чувствует это, как и джинхо — это что-то гораздо более интимное и совсем другое. нечто, чего у них никогда не было. когда хочется не просто переспать и выключиться из происходящего, а наоборот — не спешить, изучать, наслаждаться. дэмиан уже знает, что поцелуями не ограничится, но не торопится, позволяя джинхо вести, потому что он имеет на это право. потому что до этого все только брали, и сейчас дэмиан словно хочет вернуть ему то, чего он заслуживает и дать возможность делать то, что он хочет.
становится действительно жарко, и дэмиан не скрывает восхищённого взгляда, когда джинхо стаскивает с себя одежду, словно видит его впервые; по правде говоря, дэмиан попросту не позволял себе никогда любоваться его телом, хотя оно того стоило. и он не хочет думать о том, что будет завтра, что, возможно, джинхо просто разгорячён алкоголем, хотя он вроде и выпил немного, дэмиан пытается отмахнуться от дурацких мыслей и дать и себе, и джинхо, просто насладиться тем, что они здесь и сейчас без каких-либо барьеров просто целуются и позволяют друг другу всё, чего хотелось раньше, но на что никогда не хватало духу.
— во-первых, ты безумно красивый, — шепчет дэмиан, практически мгновенно припадая губами к ключицам и периодически поднимая глаза наверх, стремясь поймать его взгляд. — во-вторых, это потому, что ты сам этого захотел.
он не совсем уверен, что поэтому, но думать о каких-то причинно-следственных связях сейчас так не хочется. хочется обнимать, прижимать к себе, целовать джинхо, чем дэмиан и занимается, не стесняясь слегка втянуть кожу и чуть прикусить, а потом нежно зализать получившийся укус и повторить так ещё пару раз. он не торопится, изучает, не так, как раньше. хоть и в их первую ночь он был осторожен и нежен, он не вкладывал в ласки те чувства, которые испытывает прямо сейчас и которыми очень хочет поделиться. но всё же кухонный стул жутко неудобный, а дэмиану надоело напрягаться, чтобы удержать их обоих, поэтому он всё же отлипает от джинхо и хитро улыбается.
— не хочешь сменить обстановку? тут так жарко, — придумывает первое, что приходит в голову, зная, что сейчас вообще на всё это плевать, — держись крепче.
ещё один плюс быть демоном — это обладать гораздо большей силой, чем может показаться сначала. поэтому дэмиан без особого труда удобно подхватывает джинхо и поднимается, удерживая за бёдра. естественно, совсем не собирается телепортироваться, раз парню это не нравится, и просто осторожно идёт в сторону своей комнаты, опять втягивая в бесконечно долгие поцелуи, пока перед самой кроватью не спотыкается и не заваливается на неё вместе с джинхо, чуть не выпустив его из рук.
— прости, — тихо смеётся, совсем теряя концентрацию и остатки своей демонической сдержанности (а они реально оставались?) и снова целует, уже не думая, какой это поцелуй по счёту и желая подарить ему ещё столько же.

джинхо всё-таки оказался прав — всё действительно ощущается вообще по-другому. дэмиан мог бы пуститься в рассуждения о том, почему так происходит, и он в целом склонен рефлексировать и искать причину и следствие, но не сейчас. сейчас перед ним находится не просто какой-то человек, а сон джинхо — тот, кому удаётся подчинить себе демона одним лишь взглядом. он пока наверняка об этом совсем не думает и не подозревает, какие на самом деле безграничные возможности открываются перед ним, стоит ему только научиться правильно пользоваться своим положением, но так даже к лучшему. сейчас нет никакого демона и его человека; нет ничего, только двое, желающие не только взять своё, но и отдать часть себя другому.
избавляясь от одежды, дэмиан даже не пытается смутиться, даже наоборот — распрямляет плечи и даёт джинхо возможность рассмотреть его тело как можно внимательнее. и пусть он уже всё видел. и пусть сам дэмиан раздевается перед ним не в первый раз, как и видит самого джинхо, что и сам не представляет, насколько он прекрасен. и дэмиан воспринимает это как вызов, новую цель — показать джинхо, чего он на самом деле заслуживает. поэтому, пользуясь случаем, он снова припадает губами к груди джинхо, хаотично зацеловывая буквально каждый сантиметр тела, пока не слышит вопрос, на который даже не успевает дать ответ.
всё выглядит так естественно, словно они много раз так делали, и в то же время ощущение, будто это их первый близкий физический контакт. дэмиан в восторге от джинхо, от того, как он держится, как ведёт себя. делает то, что хочет — и почему-то это возбуждает. он давно не видел джинхо таким, парень сегодня практически ничего не спрашивает, не задаётся вопросом, как будет лучше и правильнее, а просто делает. и дэмиан позволяет ему отпустить себя, поддаётся и принимает его правила игры. сегодня это кажется правильным.
— улыбайся почаще. тебе идёт, — выдыхает дэмиан, глядя на джинхо снизу вверх и с нескрываемым желанием любуясь парнем. ему непривычно находиться в положении, где ведёт не он, но в то же время безумно интересно посмотреть, что будет делать сам джинхо. словно негласно решая, что сегодня — его вечер и ночь, и дэмиан лишь помогает и направляет. и то, что джинхо делает, вызывает как минимум головокружение, как максимум — вставший член, и тот факт, что джинхо бессовестно об него трётся, всё только усугубляет. в хорошем смысле.
для своего опыта джинхо невероятно хорош, и выигрывает он, возможно, за счёт того, что не стесняется делать то, что приходит ему в голову. потереться, укусить, поцеловать. дэмиан тихо молчит о том, как ему сносит крышу от испытываемых ощущений, но он позволяет себе чувственно реагировать на всё, что джинхо делает. выдыхает судорожно на каждый новый укус, удобно вернув руки куда-то на его бёдра и снова сминая ягодицы. горячо. хорошо.
— не-а, не выйдет, — с лёгкой, но хитрой улыбкой отвечает дэмиан, уже без стеснения запуская руки под штаны и бельё, явно желая большего и продолжая сжимать мягкую кожу, заставляя снова проехаться задницей по уже довольно ощутимому стояку. — но я даже не представляю, что же нам со всем этим теперь делать.
шутит, конечно же. блеск красных глаз скрыть не удаётся, но дэмиан уже настолько привык вести себя естественно с джинхо, что даже не замечает этого. он видит перед собой того, кем желает обладать, и ему всё равно, как он сам выглядит со стороны. ощутимый укус слегка возвращает его в реальность, но лишь для того, чтобы застонать и сжать ягодицы только сильнее. очень сложно сдерживать порывы, но дэмиан старается держать своё демоническое желание взять здесь и сейчас, ради того, чтобы джинхо как следует наигрался. у них впереди целая ночь. целая жизнь, если быть точнее.
— хочу тебя, — дэмиан озвучивает то, что и так понятно и крутится в голове у обоих, но томный шёпот, прорывающийся между тихими стонами и судорожным дыханием, обостряет обстановку ещё сильнее. чем больше горячие губы джинхо касаются его тела, тем сложнее оставаться простым наблюдателем, потому что дэмиан к такому просто не привык. он всё же заставляет джинхо приподняться, чтобы отвлечься от жарких поцелуев и кое-как стащить с него домашние штаны; получается немного неловко и неудобно, и в качестве извинения за несколько разрушенную атмосферу дэмиан приподнимается и прикусывает джинхо за сосок, поглаживая его член через бельё. неконтролируемое желание заполучить уже наконец своё достаточно быстро возвращается, стоит только дэмиану снова ощутить пьянящий вкус и запах кожи джинхо.

— возьму, — бросает коротко дэмиан, совсем теряясь в происходящем.
он полностью сдаётся и окончательно перестаёт хоть как-то здраво мыслить, потому что они зашли настолько далеко, что пытаться ещё как-то отвлечься на посторонние мысли кажется даже неприличным. секундная растерянность — дэмиан не сразу понимает, куда пропадает джинхо, — а затем снова ощущение близости, тепло его тела, едва уловимый, но безумно приятный и сводящий с ума запах его кожи; дэмиану в этот момент кажется, что он попал, пропал в нём совершенно, и эта вся история уже далеко не про простое человеческое желание, а про жажду обладать не только телом, но и душой. но всё же где-то отдалённо проплывает мысль, что джинхо рановато грузить такими сложными вещами, и дэмиан мысленно соглашается сам с собой, решая в первую очередь дать джинхо возможность почувствовать себя свободным хотя бы сегодня. чтобы он в очередной раз прочувствовал, что такое быть свободным и не бояться последствий.
полностью обнажённый, джинхо кажется таким головокружительным и красивым, что дэмиан только рад оказаться снизу и получить возможность лишний раз полюбоваться его идеальным телом, не отвлекаясь ни на что. он лишь успевает приподняться на локтях, чтобы разглядеть его получше, и охотно позволяет снова усесться сверху и заново нырнуть в удовлетворение собственных и чужих желаний. джинхо приятно целует и кусает, и дэмиан ловит себя на мысли, что хочет ощущать это как можно чаще.
— не спрашивай, просто делай то, что хочется, — без раздумий отвечает дэмиан, хотя и так понятно, что никто не собирается говорить джинхо «нет». хоть дэмиан и не привык быть больше наблюдателем, чем действующим, но его самого возбуждает сама мысль о том, что сегодня всё в руках джинхо. включая член. — мои глаза?
дэмиан иногда честно забывает о том, что его истинный цвет глаз — совсем не такой, какой люди называют нормальным. но до него быстро доходит, что джинхо имеет в виду, поэтому улыбается в свойственной ему манере и перестаёт маскировать легкое красное свечение, позволяя себе ещё сильнее приблизиться к отображению своего истинного «я», которое так пугает и интригует парня. если джинхо действительно хочет связать свою жизнь с демоном, то ему надо научиться принимать всё это — и, очевидно, он и сам это понимает. такая смелость дэмиана поистине восхищает.
— так лучше? — спрашивает дэмиан, внимательно глядя на него, снова укладывается на спину и тянет джинхо на себя. не сводит с него глаз. не специально, просто хочет любоваться утончёнными чертами лица. сам даже не удерживается и проводит кончиком пальца по линии челюсти, задерживаясь где-то на подбородке, а затем снова целуя. медленно, страстно, глубоко. торопиться всё ещё не хочется, хотя внутри него с этим борется желание резко всё отбросить и взять своё. и во взгляде джинхо он видит такую же борьбу. но они оба словно берут сами себя на «слабо» и решают проверить, сколько ещё протянут. хотя тянуть уже не хочется. становится слишком жарко даже без одежды, а желание затуманивает разум настолько, что дэмиан перестаёт сдерживаться.
не разрывая поцелуй, свободной рукой он нащупывает валяющуюся где-то посреди кровати смазку, не глядя пытается открыть и выдавить на пальцы, при этом стараясь параллельно не отвлекаться от поцелуев и ласк. конечно, ему больше нравится избегать все эти моменты подготовки, но незапланированное внезапно вклинившееся желание переспать внесло свои коррективы, и дэмиан намеревается взять даже от этой ситуации всё. именно поэтому он устраивает джинхо на себе удобнее, снова слегка приподнимаясь, всё сильнее вовлекая в более страстные и жадные поцелуи, вместе с этим проводя пальцами меж ягодиц, не спеша заходить дальше. он ловит себя на мысли, что ему нравится такой джинхо. желающий и знающий, что получит своё, но вынужденный терпеть и ждать. один палец всё же проникает в него, пока дэмиан припадает губами к шее, покусывая в желании оставить побольше засосов, проводит языком по кадыку, прикусывает кожу и ловит губами реакцию на всё, что сам же и делает.
терпеть становится невыносимо сложно, поэтому дэмиан не затягивает с растяжкой, двигая пальцами как можно глубже, словно соревнуясь сам с собой в том, чтобы выбить из джинхо как можно больше стонов. или дождаться, когда он начнёт умолять. или всё сразу. от соприкосновения тел кажется, словно всё вокруг искрит, и с губ дэмиана срывается тихий стон, который тонет где-то в очередном горячем поцелуе. слишком хорошо.
дальше станет только лучше.
дэмиан медленно вытаскивает пальцы и размазывает остатки смазки по своему члену, с доли секунды думает и всё же добавляет ещё — на всякий случай — и наконец-то заставляет себя оторваться от губ джинхо, чтобы снова заглянуть в его глаза и в очередной раз восхититься тем, насколько он сейчас красивее, чем обычно.
— давай, — почти беззвучно шепчет, призывая к действию, укладывая руки на бёдра джинхо, слегка сжав их, а затем, поддавшись порыву, мягко шлёпает по ягодице, словно в надежде услышать новый стон. уж слишком вкусно джинхо реагирует.

горячо. жарко. дэмиану непривычно оказываться наблюдателем и смотреть на происходящее снизу вверх, но что-то его заставляет позволять джинхо больше. он пытается по привычке сделать хоть что-то, что показало бы, что он контролирует процесс, но джинхо не даёт ему и шанса. слишком послушный и в то же время очень своевольный, в нём тесно и горячо, но так хорошо, и дэмиан, кажется, совсем теряет голову. что-то есть в этом джинхо такое, из-за чего дэмиану полностью сносит крышу, но вместо того, чтобы просто брать своё, он чувствует себя так, словно, наоборот, отдаёт. но это хорошо. это вызывает волну мурашек и только одно-единственное желание: не останавливаться.
он не помнит, чтобы джинхо когда-то так увлечённо и уверенно целовался и кусался, но эти новые непривычные ощущения приводят лишь к тому, что хочется ещё. чувствовать жар чужих губ на своём теле, сжимать пальцами бёдра парня, пока он двигается так, что хочется громко стонать и совсем себя не сдерживать; что он всё-таки и делает, позволяя себе томный протяжный стон, потому что молчать невозможно, но и говорить ничего не хочется. всё понятно и так, без слов. дэмиан практически не сводит глаз с джинхо, не скрывая красный оттенок, словно позволяя ему заглянуть себе в душу и увидеть там, какую же бурю чувств испытывает демон. и это нечто неосязаемое, вырывающееся только в такие моменты настоящей близости, когда всё ещё хочется сначала доставить удовольствие, а потом уже получить своё.
подставляясь под ласки, дэмиан даже не думает, в каком состоянии он завтра проснётся. возможно, джинхо будет в не менее интригующем, но на эти мысли тратить свои ресурсы совершенно не хочется. всё, на что сейчас способен дэмиан — любоваться джинхо, медленно двигаться вместе с ним и дарить чувственные ответные поцелуи, отпустив бёдра и лениво поглаживая джинхо по груди и животу. дэмиан, кажется, совсем сошёл с ума, иначе как объяснить желание бездумно и безостановочно шептать джинхо, как он красив, горяч и хорош. прокушенная губа отзывается болью, от чего дэмиан инстинктивно дёргается, но лишь расплывается в хищной улыбке.
— тебе ведь не жаль, — словно считав это в глазах, отвечает и тут же томно и хрипло стонет, теряя голову от новой порции горячих поцелуев. когда джинхо выпрямляется, дэмиан сразу же цепляется за него взглядом, заворожённо любуясь его движениями и тем, как же горячо он всё-таки смотрится на его члене. на прокушенной губе всё ещё выступают капли крови, и дэмиан чувствует этот привкус, машинально облизываясь, и это заводит только сильнее. места укусов напоминают о себе едва ощутимым покалыванием, и дэмиан осознает, что хочет ещё больше. но всё, что ему пока остаётся делать, пока руки упираются в его грудь, это смотреть, любоваться и тонуть в желании и возбуждении. заявить права на своё. не пытаться делать вид, что джинхо — просто парень, которого он готов в любой момент отпустить. не готов. не хочет. и будет спокоен лишь тогда, когда убедится в том, что джинхо считает ровно то же самое.
руки снова опускаются на ягодицы, дэмиан снова шлёпает по ним и мягко сжимает пальцами кожу, вынуждая двигаться чуть быстрее и насаживаться как можно глубже. долго удерживаться в одном положении становится тяжело — дэмиан моментально проголодался без новой порции поцелуев, поэтому он всё же приподнимается и тянет джинхо ближе к себе, чтобы впиться в губы рваным хаотичным поцелуем и снова случайно подарить этот лёгкий привкус крови, на который сам демон уже не обращает внимания. толчки становятся всё интенсивнее, а сам дэмиан уже даже не пытается скрыть, насколько он разгорячён и переполнен желанием, которое только усиливается с каждой минутой, каждый раз, когда он слышит новый стон, или входит в джинхо на полную. он позволяет демону внутри себя взять верх, не только демонстрируя красные глаза, но и отпуская себя и позволяя себе быть достаточно ненасытным, стремясь получить от джинхо как можно больше. и подарить столько же.
— так хорошо, — не удерживается от комментария и стонет в губы, снова заваливаясь на спину и утягивая джинхо за собой, но всё ещё позволяя ему быть сверху столько, сколько он хочет. — ты так прекрасен, — дэмиан хаотично зацеловывает линию челюсти, подбородок, обжигает дыханием шею и покусывает кожу. ему совсем не хочется отрываться от джинхо ни на секунду, и он позволяет себе это делать, наслаждаясь ощущением, что джинхо действительно принадлежит только ему.

и всё же непривычно, но чертовски хорошо, когда джинхо так чувственно и податливо реагирует на всё, что дэмиан делает. неожиданно для самого себя истосковавшись по открытым и честным эмоциям, искренним поцелуям и возбуждающим только сильнее прикосновениям, дэмиан окончательно теряет голову. такой джинхо ему нравится больше. эмоционально доступный, открытый. не думающий о том, что будет потом. желающий и получающий желаемое. вот это всё действительно сексуально. конечно же, хочется, чтобы это продолжалось как можно дольше, но организм человека устроен так, что ему всё же нужно завершение. и перерыв. и когда дэмиан впервые за последние несколько десятков лет задыхается от удовольствия на финальных толчках, он понимает, что действительно наконец-то нашёл своё.
раскрасневшийся и уставший джинхо на его плече выглядит ещё красивее и сексуальнее, чем обычно. дэмиан совсем не стесняется устало обнимать его и прижимать к себе чуть крепче, чем позволили бы их негласно нейтральные взаимоотношения. хотя, возможно, пришло всё-таки время что-то менять. и дэмиан, кажется, проигрывает войну самому себе, окончательно и бесповоротно признавая, что джинхо ему не просто нравится — он вызывает те самые чувства, которые обычно дэмиан избегает и пытается не привязываться. что такое человеческая жизнь с точки зрения почти бессмертного демона? вспышка, вот она есть — а завтра её уже нет. и если дэмиан всерьёз хочет позволить себе полноценно пустить джинхо в сердце, об этом надо будет подумать.
но не сейчас.
сейчас эта ночь принадлежит им и только им, и отвлекаться на рефлексию и философию — кощунство. особенно когда джинхо немного оживает и снова прилипает к дэмиану. он прикрывает глаза, чувствуя движение чужой руки по телу, но снова быстро открывает их, одаривая джинхо хищной улыбкой и сверкая красными глазами.
— с удовольствием.
дэмиан даже не сомневается. целует в очередной раз жадно, словно пытаясь забрать своё, судорожно вздыхает на ласки и в какой-то момент отлипает от джинхо, приподнимается и подминает его под себя, готовый продолжать ещё и ещё. столько, сколько надо, чтобы устало завалиться на спину где-то перед самым рассветом и в очередной раз полюбоваться тем, насколько джинхо меняется, когда ему даёт понять, что он нужен так сильно, что без него тяжело дышать. эту ночь дэмиан практически не говорит, лишь осыпает комплиментами, искренне веря в то, что говорит. возможно, он всё-таки слишком торопится, но ему безумно хочется показать джинхо, что такое быть любимым. и он старается сделать так, чтобы джинхо это понял и ощутил.
и в идеале — не только сегодня ночью.
— надо в душ, — устало проговаривает дэмиан, косясь на окно, в которое уже начинают пробиваться рассветные лучи солнца. красиво. но джинхо ещё красивее. демон переводит взгляд на него и неожиданно для себя нежно улыбается. — позволь позаботиться о тебе.
дэмиан давно этого не делал. подхватить на руки, потому что ноги не держат, отнести в душ, нырнуть под струи воды и какое-то время так и стоять; они бы и здесь не постеснялись заняться сексом, если бы не попытка удовлетворить сумасшедшее желание ранее. дэмиан мысленно запоминает эту локацию и помечает её галочкой «в следующий раз». мысли не озвучивает, но почти уверен, что джинхо думает о том же.
ещё каким-то совсем уж чудесным магическим способом дэмиан находит в себе силы стащить грязное постельное бельё и скинуть его на пол, а затем кое-как постелить новое. только после этого, упав вместе с джинхо на мягкий матрас, он позволяет себе окончательно расслабиться, отпустить себя и действительно почувствовать усталость и страшное желание поспать. и он всё ещё почти ничего не говорит, но в этом молчании было что-то по-другому. возможно, свою роль сыграла усталость, возможно, им просто действительно не нужны вообще никакие слова, чтобы понимать друг друга. но всё, на что дэмиану хватает сил — это напоследок притянуть к себе джинхо ближе, обнять его и обессиленно закрыть глаза.
— спокойной ночи? — тихо смеётся, снова косясь на свет в окне. — точнее, доброго утра.
квартира наконец погружается в тишину и покой, которую никто из её жителей даже и не думает нарушать чуть ли не до самого вечера.

дэмиан не успевает толком подумать о том, насколько непривычно, но уютно засыпать в объятиях джинхо, практически мгновенно вырубается и спит крепко и долго до самого вечера. всего одна ночь — и режим оказывается сбит максимально, но это его совершенно не волнует, потому что впервые за последние несколько десятков лет дэмиан испытывает давно забытые приятные чувства, которые в других обстоятельствах предпочёл бы задвинуть куда подальше. но не с джинхо. с ним почему-то хочется позволить себе быть эмоциональным и более... человечным? дэмиан и сам не знает, по какой причине. возможно, потому что джинхо никуда не денется. или потому что он принимает его таким, какой он есть. или... миллион ещё разных или, о которых думать тяжело, пока спишь.
он не сразу открывает глаза, предпочитая сначала проснуться мозгом, осознать происходящее и понять, что что-то не так. нет этой тяжести, с которой он засыпал, в кровати слишком пусто и холодно, и кажется, будто чего-то не хватает. резко открыв глаза, дэмиан наконец-то понимает, чего именно: джинхо. он поднимает голову, прислушивается, и до него доходит, что дома никого нет. «неужели сбежал?» — первое, о чём он почему-то думает, но решает не судить по одной только тишине в квартире. может, сидит в гостиной и читает. мало ли. дэмиан садится на кровати и с огромным удовольствием потягивается. мышцы приятно ноют, и он всё ещё чувствует себя уставшим, но всё-таки очень довольным. замечает, что грязное бельё на полу не валяется — значит, джинхо всё же либо тут и тихо сидит, либо не сбежал, а просто куда-то ушёл.
...а куда он вообще мог уйти?..
любопытство всё-таки перевешивает желание поваляться в кровати ещё, поэтому дэмиан всё же нехотя встаёт, быстро натягивает домашние штаны и футболку, кое-как находит тапочки в разных углах комнаты и выходит совершить обход по квартире. расследование приводит его к записке, после прочтения которой дэмиан поднимает взгляд на часы и понимает, что с момента его ухода прошло чуть меньше получаса. куда он вообще надумал идти в том состоянии, в котором предположительно оказался после столь бурной ночи? к врачу? кроме этого глупого предположения дэмиан не придумывает ничего умнее, усмехается собственным мыслям и решает всё же не мучить голову вопросами, на которые сам не найдёт ответа, вместо этого предпочитает заглянуть на кухню и попить воды. раз уж джинхо нет, и делать пока нечего, у дэмиана возникает неожиданная, но предсказуемая потребность обдумать всё, что произошло за последние несколько часов.
хотя думать как будто бы не о чем. есть просто джинхо, в которого дэмиан безуспешно пытается не влюбиться, но всё, что он делает, привязывает его к парню только сильнее. и это с одной стороны хорошо — возможно, он наконец-то обретёт душевный покой. с другой — любовь не всегда приводит к чему-то положительному. как минимум тот факт, что джинхо с ним будет ещё в лучшем случае лет шестьдесят, хотя это поправимо. а может, и вообще не будет, поймёт, что дэмиан — не его тип, и всё же уйдёт. ведь ему ничего не мешает начать заботиться о самом себе. он мог бы, если бы захотел. просто им обоим так удобнее, вот и всё. и это чувство страха, что его бросят — забавно, но то, что дэмиан склонен ощущать практически постоянно. недостаточно хорош, слишком пугающий, да и вообще, кому нужен демон, у которого моральный компас сбит, и он просто красиво притворяется, что умеет быть хорошим и добрым. это всё, конечно же, не касается джинхо, который вызывает у дэмиана желание только и делать, что быть рядом и заботиться. так сказать, парень вытащил счастливый билет в лотерее «угадай, что с тобой сделает демон». странный порыв забрать набирающегося опыта в бомжевании мальчишки превратился в то, что дэмиан сейчас страшно не хочет, чтобы джинхо в нём разочаровался, потому что прекрасно понимает, что в любых обстоятельствах он ни за что не станет его удерживать и тормозить, если тот решит, что с него хватит. почему дэмиан думает, что будет именно так, он и сам не знает.
щелчок замка входной двери резко вытягивает дэмиана из глупых мыслей, и он спокойно выходит в коридор, стараясь сделать вид, что совсем не грузился десять секунд назад и что ему вообще, как и всегда, на всё плевать. но холодный взгляд и серьёзное выражение лица мгновенно меняются на тёплую улыбку, когда он видит джинхо с едой. даже не думая, как выглядит со стороны, подходит к нему, вместо ответа целует, словно делясь переживаниями и радостью, что он не сбежал, а просто ушёл по делам, и только после этого забирает пакет, чтобы помочь и отнести его на кухню.
— было тепло и уютно, а потом я не обнаружил тебя, и мне пришлось встать, — лёгкая непринуждённая улыбка и спокойный тон, словно и не было никаких страданий по исчезнувшему без особых объяснений джинхо. — и я очень голоден, так что предлагаю устроить уничтожение курицы прямо сейчас. и желательно под какой-нибудь дурацкий фильм.
дэмиан тащит пакет не на кухню, а сразу в гостиную, не замечая за собой, как он резко оживился и засуетился с возвращением джинхо, бездумно тыкает кнопки на телевизоре, выбрав какой-то ситком, а затем раскладывает еду на журнальном столике. самоконтроль летит к чертям собачьим, но в моменте дэмиану становится совсем всё равно, что о нём подумает джинхо, именно поэтому, как только дэмиан видит джинхо в комнате, он сразу же подходит к нему и просто без слов обнимает.

дэмиан никогда не замечал за собой особой любви к тактильности, но именно с джинхо хочется, чтобы всё было иначе. тут скорее ситуация больше не про «получать», а про «отдавать». и он успевает заметить, как джинхо радуется, получая новую порцию объятий, так почему бы и не обняться ещё раз? тем более, как оказалось, это на самом деле приятно — просто стоять, обниматься и не думать ни о чём.
— всё отлично, — дэмиан улыбается, глядя на джинхо, и уже даже не пытается скрыть своё истинное состояние и настоящие чувства. поиграть в холодного бесчувственного демона он ещё успеет, а прямо сейчас снова хочется быть тем самым дэмианом, каким он был лет триста назад. когда этот мир ещё не успел как следует ему наскучить и накидать причин быть злым и постоянно загруженным. когда его не предавали, и он сам ещё был более человечный, чем обычно. — ты просто так неожиданно пропал и без объяснений, мне оставалось только гадать, куда ты делся, и ждать.
он совсем не пропускает мимо ушей просьбу переместиться на диван и снова делает что-то необдуманное и немного безрассудное: ловит джинхо на руки и спокойно относит его к дивану, пользуясь тем, что демон всё-таки сильнее, чем человек. и выносливее. поэтому, несмотря на бурную ночь и сбитый режим, на его лице нет ни тени усталости. он усадил бы джинхо к себе на колени, но так точно есть будет неудобно, поэтому джинхо всё же оказывается просто на диване, а сам дэмиан накидывает под спину кучу мелких диванных подушек, а затем притягивает поближе плед, планируя им укрыть ноги, но позже, после того, как они как следует поедят. есть и правда хочется очень сильно.
— как ты вообще из дома сумел выйти? — дэмиан озвучивает вопрос, который крутится у него в голове с тех самых пор, как он увидел, насколько джинхо сложно передвигаться. — сразу скажу, извиняться за это не буду, — он весело улыбается, — более того, я бы даже повторил.
он мягко и коротко целует джинхо, словно в качестве доказательства, впрочем, не торопясь приводить сказанное в действие, прекрасно понимая, что парню сейчас вообще не до этого. ему бы восстановиться после этой ночи для начала, а потом уже думать о том, когда можно будет устроить такой же марафон в следующий раз. торопить он не хочет, да и вообще вопрос о том, когда и насколько много заниматься сексом у дэмиана особо никогда не поднимался остро. чаще всего всё это происходит спонтанно, собственно, как и в этот раз в том числе, но теперь у них есть возможность хотя бы открыто говорить друг другу о том, чего они хотят или не хотят.
можно ли считать, что это начало каких-то романтических отношений? дэмиан бы сказал, что со стороны они и правда выглядят просто как парочка. но чувствует ли то же самое джинхо? или он всё-таки, как и дэмиан, старается не привязываться? но вся эта забота, даже этот подвиг с выходом из дома и покупкой крыльев, когда надо бы на самом деле лежать убитым и восстанавливать силы... дэмиану пока нечем жертвовать кроме собственного статуса холодного и безэмоционального демона с отсутствующей совестью, но рядом с джинхо быть таким не сильно хочется. во всяком случае теперь. он этого не заслужил. наоборот, ему хочется показывать ту самую сторону демона, которой он, как оказалось, всё ещё не лишён, несмотря на банальное отсутствие сердца. и что он может чувствовать не только раздражение или отвращение, но и положительные эмоции.
и даже демонстрировать привязанность.
хотя последнее всё ещё к счастью очень неочевидно. желание позаботиться о джинхо уже давно выходит за рамки простой попытки устроить поломанному человеку комфортную жизнь. и дэмиану приятно видеть, как джинхо преображается, когда получает хорошее отношение к себе. сначала забавно грузится и отказывается верить, что что-то делают для него, а потом всё-таки принимает это и пользуется предоставленными возможностями. перед глазами всё ещё то и дело всплывают картинки сегодняшней ночи, где джинхо не просто лежит в кровати и позволяет себя трахать, а именно сам вовлечён в процесс, удивляя самого дэмиана инициативностью и успешными попытками продавить свои интересы. в каком-то смысле дэмиану даже понравилось слушать и выполнять желания джинхо, и это определённо аукнется в будущем, но пока он предпочитает не искать скрытый смысл в том, как именно они провели эту ночь. им было хорошо, они счастливы, а джинхо не может ходить. всё прекрасно!
— я нашёл какой-то глупый сериал, — зачем-то комментирует дэмиан происходящее на экране телевизора. — думаю, нам сейчас лучше воздержаться от попыток посмотреть что-то серьёзное.
он тянется за курочкой и выглядит так, словно он никакой не трёхсотлетний демон без сердца и души. ему хорошо, тепло и вкусно — почему бы и не выглядеть довольным и счастливым? дэмиан прижимается плечом к плечу джинхо, откидываясь на спинку дивана, и мычит от удовольствия. вкуснее курицы он не ел, и, видимо, всё дело в том, что её принёс джинхо.
— и я так понимаю, к чёрту каток? — он разглядывает джинхо и улыбается. — тебе наоборот нужен покой. и вкусности. и обнимашки, — дэмиан не сдерживает порыва и снова обнимает парня, стараясь не мешать ему есть, а затем кладёт подбородок на его плечо и опять разглядывает его, хотя в таком положении ему удаётся рассмотреть только часть шеи и челюсти. — а у тебя ямочка на щеке, когда ты улыбаешься, — неожиданно меняет тему и тыкает пальцем в щёку. просто захотелось. он не обязан объясняться даже перед самим собой.

хоть всё нутро и кричит дэмиану «ты же демон, какие обнимашки и милости?» он упрямо считает, что всё идёт так, как должно идти. постепенно предлог в виде «просто относиться к джинхо так, как он этого заслуживает» отходит на задний план, и вперёд вылезает желание просто делать то, что хочется. обниматься и творить глупости в том числе. дэмиан наврёт, если будет отрицать, что истосковался по всему этому. и, да, демонам тоже нужна любовь и объятия. вот их никто не любит и не обнимает, поэтому они такие злые.
но всё же об оправданиях он не особо задумывается, когда смотрит на джинхо и в очередной раз мысленно возвращается к тому самому вечеру, когда он впервые увидел парня на улице и забрал его домой. возможно, это воспоминание никогда не отпустит его, по крайней мере, пока джинхо с ним. но это был такой несчастный и поломанный жизнью комочек, который просто по-человечески захотелось отогреть, накормить и успокоить. и то ли у джинхо сильный ангел-хранитель, то ли дэмиан совсем поехал головой, раз уж решил остановиться и его забрать. и, если так подумать, он вообще об этом не пожалел ни разу. даже когда джинхо сбежал, и возникло ощущение, что дэмиан его больше не увидит. интересно, думал ли он вообще о том, чтобы вернуться? или решил, что можно сбежать с концами? а почему тогда всё же вернулся? они так и не говорили об этом. да чего тут, они ни о чём не говорили нормально, и вчерашний диалог перед страстной ночью был наверное первым, где они хоть немного друг перед другом открылись. дэмиан уверен, что на все свои вопросы он ещё услышит ответ. но не сейчас. сейчас, глядя на то, как джинхо спокойно сидит и расслабленно ест, дэмиан хочет просто хорошо провести время в его компании и не думать ни о каких проблемах и недосказанности.
— я даже больше скажу, лёжа кататься — неудобно, — дэмиан смеётся, а потом удивлённо смотрит на джинхо и неожиданно даже для самого себя смеётся снова. — да, конечно, джи, сейчас телепортирую сюда пиво.
всё ещё тихо посмеиваясь, он отстраняется от джинхо и просто поднимается с места, уходит на кухню и лезет за пивом в холодильник. задумчиво смотрит количество банок, прикидывая, сколько им надо, и решает взять побольше, с запасом, чтобы лишний раз не вставать. да, с джинхо он сильно обленился, и ему совсем не стыдно. слишком всё происходящее кажется правильным. дэмиан ведь никогда не задумывался о том, что однажды наступит момент, когда ему захочется просто тихо и спокойно существовать, периодически удовлетворяя свою демоническую потребность в потреблении маны и заключении контрактов совершенно простыми способами, а в свободное время — просто наслаждаясь жизнью и всеми её прелестями, включая приятный секс и хороших людей. и джинхо в его понимании, несмотря на явные проблемы с социализацией и самим собой, кажется дэмиану приятным и достойным того, чтобы ради него слегка расслабиться и показать свою нормальную человеческую сторону. дэмиан может быть жесток. но не сегодня. сегодня он хочет завалиться на диван, есть бургер, пить пиво и тыкать пальцем в ямочку на щеке своего... кого? дэмиан даже зависает с кучей банок пива в руках посреди коридора, резко задавшись этим вопросом.
а кого волнует, как его называть? — проносится у дэмиана в голове, он усмехается собственным мыслям и как ни в чём не бывало возвращается обратно в гостиную, чуть не роняя банки на столик, но всё же аккуратно их выставляя. ни капли демонической магии не использовано, всё честно, по-человечески и с соблюдением законов физики. самого дэмиана это очень сильно забавляет, и он даже не думает, что джинхо это может воспринять как-то по-своему.
— пиво на месте! — весело объявляет дэмиан и плюхается обратно на своё место, сразу же взяв с собой две банки и протянув одну джинхо. — объявляю сегодняшний вечер вечером лени и отдыха. — чокается с джинхо банкой и делает глоток. — как же это вкусно! спасибо за фаст-фуд!
благодарит искренне, и вовсе не для того, чтобы намекнуть, что еда джинхо ему не нравится. просто всё происходящее сейчас ощущается как-то по-домашнему, как будто они наконец-то воспользовались забавной опцией ленивых и уставших людей, которая всегда была им доступна, но почему-то её вечно игнорировали. после глотка пива и увлечённого жевания куриной ножки, дэмиан хорошо вытирает руки и снова приобнимает джинхо, совсем не стесняясь своего желания быть как можно ближе, а в лучшем случае— вообще приклеиться к нему. он переключает всё своё внимание на телевизор, словно сериал действительно интересный, посмеивается с глупых шуток и периодически косится на джинхо, то и дело невольно улыбаясь и засматриваясь на него, не думая абсолютно ни о чём, кроме того, что всё-таки очень рад, что парень сейчас сидит с ним.